Я ничего не прошу от жизни – ни удовольствий, ни знании, ни почета, ни любви. Пусть мне оставят лишь одну надежду. Я прошу только, чтобы мне было позволено надеяться и верить.

Тогда я готов выполнять самый тяжелый труд, нести  самую непосильную ношу.

Тот, кто в наши дни пытается понять образ Давида Бен-Гуриона, неизбежно сталкивается с удивительным парадоксом. С одной стороны, его личность выше всяких споров и разногласий: Бен-Гурион - часть еврейской национальной истории, часть общенационального наследия, неотъемлемый символ возрождения и бессмертия еврейского народа и государства Израиль. С другой стороны, во всех точках политического спектра Израиля - в центре, справа и слева, есть деятели, утверждающие, что именно они являются последователями Бен-Гуриона. Под сенью воспоминаний о первых шагах государства живут самые разные люди, и у каждого свое представление о Бен-Гурионе...

Означает ли это, что в одной личности сочеталось "несколько Бен-Гурионов", что его мировоззрение и концепции не были последовательными и цельными? Или он был многолик и многогранен? А может, перед нами прагматик чистой воды, лишенный твердых принципов?..

На все эти вопросы далеко не всегда удается однозначно ответить. Не удивительно, что еврейские идеологи различных направлений и политические деятели время от времени обращаются к наследию Бен-Гуриона, чтобы отстоять свои идеи, обосновать поступки.

Следует понимать, что сам Бен-Гурион, как всякий живой человек, не был свободен ни от внутренних противоречий, ни от ошибок. В публичных выступлениях Бен-Гуриона, его сочинениях, его стратегии и тактике можно найти немало противоречий и парадоксов. Тем не менее, величие Бен-Гуриона как личности исторической - неоспоримо. Бесстрашие и уверенность в критические моменты - во время принятия важнейших решений, дар предвидения, граничащий с пророческим, выдающиеся качества вождя - вот то, что характеризует Бен-Гуриона.

Решимость в стремлении к цели, присущая Бен-Гуриону в общественной жизни, была одновременно и главной чертой его характера. Он как бы определял судьбу своего поколения, но в то же время был и сыном этого поколения; поколения, которому принадлежит особое место в еврейской истории.

О Бен-Гурионе можно сказать то, что он сам в свое время говорил о Хаиме Вейцмане: не государство создало его, а он государство.

Бен-Гурион рос в мире горячих идеологических споров, сомнений, обилия величественных планов спасения евреев. На этом фоне его отличала твердая уверенность в существовании лишь одной единственной цели, достойной того, чтобы ей были отданы все силы: возрождение еврейского народа в Эрец-Исраэль.

·                     Семейные корни

·                     Прибытие в Израиль

·                     Начало халуцианской деятельности

·                     В Америке

·                     Первые годы английского мандата

·                     Руководство сионистским движением

·                     Арабские волнения

·                     Борьба против мандатных властей

·                     Вторая мировая война

·                     Борьба в ООН

·                     Война за Независимость

·                     Увеличение численности еврейского населения Израиля

·                     Надежды на мир с арабскими странами

·                     Заключение

·                     Основные даты жизни Давида Бен-Гуриона