Представьте себе: вы стоите посреди пустыни, жара под сорок, а вокруг – ни одного супермаркета. Примерно в такой ситуации находились древние евреи в Эрец-Исраэль, но они не унывали, потому что точно знали, где достать сладкое. Недавно археологи в Тель-Рехове обнаружили пасеку, которой три тысячи лет, и выяснили интересную деталь: уже тогда израильтяне были продвинутыми логистами. Они привозили пчел из Анатолии, потому что местные левантийские пчелы обладали скверным характером и жалили всё, что движется, а анатолийские «гостьи» работали на износ и вели себя прилично. Так что легендарная «страна молока и меда» – это не просто метафора из Торы, а вполне конкретный бизнес-кейс железного века с импортными поставками и глиняными ульями-трубами.
Когда в конце XIX века в Эрец Исраэль потянулись первые сионисты, они обнаружили, что преемственность поколений немного подкачала: мед собирали по старинке из плетеных корзин, а объемы производства едва покрывали нужды одной большой семьи. Пионеры-идеалисты решили, что строить новый дом нужно по науке. Они заказали современные деревянные ульи Лангстрота и начали экспериментировать с породами пчел. Сначала попробовали работать с местными сирийскими пчелами, но те оказались террористами – вместо того чтобы собирать нектар, они предпочитали атаковать пасечников. В итоге в Израиль завезли «итальянок» – миролюбивых пчел-блондинок, которые и стали фундаментом сельского хозяйства кибуцев. Знаменитый кибуц Яд-Мордехай, основанный в 1940-х, превратил это в национальный бренд, доказав, что сионизм – это не только осушение болот, но и очень много липких рук производителей меда.
Сегодняшнее израильское пчеловодство больше напоминает филиал Кремниевой долины в Калифорнии, чем классическую ферму. В стране работает около 500 пчеловодов, которые управляют армией в 120 000 ульев. Причем многие ульи теперь «умные»: внутри стоят датчики, которые через мобильное приложение сообщают хозяину температуру, влажность и даже уровень стресса пчелиной матки. Ежегодно Израиль производит от 3 500 до 4 000 тонн меда, но израильтянам этого катастрофически мало. Израильтяне – чемпионы по поеданию сладостей: в среднем каждый житель съедает по 600 граммов меда в год, причем львиная доля исчезает со столов в период праздника Рош Ха-Шана, когда яблоки в мед макают даже те, кто весь год сидел на диете.
Что касается мировой торговли, то израильский мед – продукт скорее элитарный, чем массовый. Израиль производит уникальные сорта, вроде темного и тягучего меда из цветов авокадо или ароматного цитрусового нектара. Основными покупателями этого жидкого золота являются Греция, Япония, США, Канада и Сингапур. Японцы, известные своей страстью к качеству, особенно ценят израильский мед за экологичность и необычные вкусовые профили. Так что, пока пчелы по всему миру сталкиваются с экологическими проблемами, израильские пасечники продолжают подсаживать своих пчел на высокие технологии, чтобы по-прежнему было чем подсластить жизнь. И не только в Израиле, но и в других странах.